Жизнь и смерть.

Ненависть – величайший дар Императора человечеству.

      Что есть Порядок, и что есть Хаос? Не более, чем абстракции, невозможные и отвратительные в своём абсолюте, коли случится им быть реализованными. Абсолюты этих категорий невозможны и абсурдны, по крайней мере по меркам нашего, человеческого разума. Вечно конфликтующие между собой, они, тем не менее, нашли свою точку соприкосновения и достигли синтеза, выразив его в таком существе, как человек. Абсурдное с точки зрения природы создание, обладающее собственным разумом, собственной волей, могущее до определенной степени подавлять инстинкты, заложенные в него механизмом природной эволюции, и тем не менее не только жизнеспособное, но и цепляющееся за жизнь с таким отчаянием, что впору задавать вопрос – а, собственно, зачем? Ведь в контексте истории, полной смерти, являющейся олицетворением извечной борьбы тех самых Хаоса и Порядка, столь сильно цепляться за жизнь – неправильно, если не сказать "преступно".
      Именно эта борьба формирует человеческое мировоззрение, именно смерть является окончанием, началом и продолжением каждой человеческой жизни, так нельзя ли приравнять понятия жизни и смерти, чтобы, наконец, освободить разум от таящейся в глубинах разума скорби по будущему, которого "не будет"?

      Ведь тысячи лет льется кровь, тысячи лет стоны и крики боли разливаются в воздухе нашей планеты какофонией жестокости и ненависти, и тысячи лет умирают все: святые и порочные, благородные и подлые, богатые и нищие. Ради чего? Мерилом истории является человеческая жизнь, что бы там ни говорили. А вот мерилом прогресса – человеческая смерть. Война – единственный двигатель огромной машины человечества, способный сдвинуть её с места, и кровь – топливо её.
      Все эти оттенки отрицательных человеческих эмоций, побуждающие людей к войне – "святая ярость", "благое презрение", "затаённая ненависть" – все они есть естественное, присущее людям продолжение их природы, имеющее такое же право на существование, как и сама жизнь. И кто мы такие, чтобы менять устоявшийся тысячелетний порядок?
      Единственное, что нам дано – направить эту машину в нужное русло, обеспечить правильное направление развития, эволюции, а в отношении себя и близких – обеспечить безопасность и покой от грохота милитаристской поступи, ибо не смотря ни на что, война – дело профессионалов, а не фанатично настроенного пушечного мяса. Лишь внутренний стержень позволяет людям выживать в горниле истории, пусть же так будет и впредь.
      Чистота через ярость. Гордость через ненависть. Пусть огонь внутри тебя зажжет все вокруг.

P.S. Вышенаписанное является порождением больного, химерообразного в своих убеждениях разума автора. Автор не несет ответственности за внутренние противоречия текста, а также за пробелы в логике повествования. 

Ненавистный.

Ненавистный.
Испорченный.
Сломленный.

Обреченный.
Изломанный.
Хладный.

Безнадежный.
Беспечный.
Отверженный.

Опечаленный.
Горький.
И скомканный.

***

Я слышу зов могильных плит, что рядами лежат на всех окрестных кладбищах. Слышу тихий шепот надгробных камней и стен склепов, ощущаю медленную силу взглядов памятников, что хотят чего-то, чего я понять не могу. Всей кожей я чувствую то, как вокруг каждого из нас вьется, пронизывая насквозь, стылый, холодный прах, летающий на ветрах перемен.
Непролитая кровь, несвершившиеся смерти зовут, крича в эфир о своей беспомощности. Требуя дать им шанс, которого никто им не может дать. Отчаянно желая избежать своей участи.
Просьбы старых костей о покое и жестким набатом вбивающийся в мозг визг уходящих в небытие душ, жаждущих иного посмертия. Крики умирающих, с силой, достойной паровоза, сметающих своей печалью и пониманием неизбежности бытия. Баланс нарушился, и всё меняется. Смерть, со всей присущей ей безжалостностью и расчетливостью, методично выкашивает все новое и новое сущее, не давая ему шанса. Неотвратимость гибели - вот, о чем кричит, шепчет, скрежечет, визжит и молчит все, до чего может дотянуться мое сознание.
Но не столько неотвратимость гибели пугает их, сколько несвоевременность. Неправильность происходящего. Вечные стражи, Жнецы Душ, не могут помочь, с честью исполняя свой долг.
Только осознание, пришедшее яркой вспышкой к каждому, кто хоть как-то может помочь исправить, направить нити Судьбы, свести правильно её полотно, может дать всему шанс на жизнь. Инсайт, который приходит внезапно, хочешь ты этого или нет.
Все вернется на круги своя. Однако сейчас все зрячие и слышащие обречены беспомощно глядеть, слушать, чувствовать эти хладные плиты, теплые кости, взгляды, и бороться с пронизывающим все страхом конца.

Vae Victis

"За смертью далеко ходить не надо."
                                                         - Петроний

 Меня достало. Хреновы условия и вводные моего существования, долбанные, постоянно ускользающие шансы. Вопрос, старый, как мир - "Кто виноват?" - все чаще возникает в моем сердце. Ситуация с другим классическим вопросом - та же.
Почему я это терплю? Почему я тешу себя бездумными надеждами на то, что вот оно - счастье? Не вижу причины, которая приводит меня к одним и тем же граблям раз за разом. Скорее всего, я мазохист. Мне просто от нечего делать нравится причинять себе боль. Постоянно. Безудержно. Бросаться в пучину новых чувств, забывая о старых, давних, обреченных на безответность.
Слишком уж я, видимо, плохой человек, раз под мои критерии выбора подходят лишь те, кто не хочет видеть меня рядом в том качестве, в котором я хочу пребывать.
Не видать мне ни "в болезни и здравии, в печали и радости", ни "пока смерть не разлучит вас", даже произнесенных чисто символически.
Действительно, за смертью далеко ходить не надо. Ибо она уже здесь была. И все взяла сама.

В бесконечности.

Одинокие души ваши
Неприкаянно
Туда-сюда мечутся
На просторах
Пустой бесконечности.
Надеются,
Что им вечером, ночью
Встретится
То, что названо
Человечностью.

Но тщетны надежды.
В мире боли, печали, страха
Ничего, никого им не встретится.
Вот и мечутся души ваши.
Неприкаянно.
Туда-сюда.
Мечутся.

Убитый.

Убитый жизнью,
Спиртом насквозь пропахший.
Одним словом - павший.
Зачем я нужен?
Уже неважно...

Песнь Мира. Da pacem Domine.

Ensemble Organum - Da Pacem Domine. Рекомендуется к прослушиванию во время чтения.

      Белый плащ с красным крестом слегка колыхался при тихой ходьбе  настоятеля храма, шествующего по колоннаде, между рядов его братьев, преклонивших колена. Тяжелая, давящая тишина владела этим местом. Все они понимали, что жить им осталось, дай Боже, несколько часов. Последние, выбившиеся из сил, загнанные в угол арестными отрядами, они стояли на коленях пред ликом Сына Господня.
      Настоятель не понимал, что происходит. Не понимал, почему король Филипп и Папа, который всегда покровительствовал Ордену, решили уничтожить ту защиту и поддержку, которую оказывал им капитул на протяжение долгих двух веков своего существования. Не понимал, почему уже седьмой год все, кто имеет хоть бы опосредованное отношение к храмовникам, подвергаются арестам, пыткам и казням. Что они сделали не так? Где они оступились?
      Медленно обдумывая ответы на эти вопросы, брат-настоятель, покровитель последней сотни рыцарей, запел, плавно и мягко выводя катрены песни. Рыцари, узнав один из своих гимнов, подхватили, и колоннаду заполнило одновременно и тихое, и громкое звучание. Просьба о покое и мире в тяжелые и темные времена, времена страданий и боли.
       Если бы кто пришел сейчас в этот храм и позволил себе снять капюшоны и шлемы с рыцарей, он бы увидел, что ничего нет в их глазах и никаких эмоций не написано на лицах, кроме мольбы и благоговения перед их Отцом.
      Настоятель продолжал идти, с песней продвигаясь меж рыцарей, ободряюще кладя руку на плечо каждого следующего брата. Зачем все это было? Как они могли проглядеть, что внезапно стали не нужны миру? Обвинения в ереси, поклонении Бафомету, каннибализме... Как можно в это поверить? Они столько лет защищали и просвещали народ, помогали монархам, а теперь мир просто взял и наплевал на все это, выкинув их, уничтожив.
      Песнь мира подходила к концу, а с улицы уже можно было услышать команды капитанов, расставляющих отряды для казни или задержания. Четкая мысль, несущая сожаление, промелькнула в голове отца Франсуа. Жаль обагрять кровью это место. Жаль, что его жизнь подошла к концу так бездарно. Жаль, что его идеалы, оказались сокрушены людской завистью. Жаль, что он не узнает, какое наследие останется после них, и останется ли вообще.
      Песнь затухала. Отец-настоятель медленно опускался на оба колена, синхронно с братьями крестясь со склоненной головой. Храм медленно наполнялся звуками вбегающих людей.
      С последним словом песни, двери, ведущие в колоннаду, были резко выбиты, и Франсуа увидел человека, присланного с приказом о капитуляции. С именем Христа на устах, он обнажил длинный кинжал, зная, что то же самое сейчас повторили все, кто был с ним здесь уже третий день.
      Кровь быстро заполняла пол колоннады. Сотня рыцарей, не желающих оказаться в застенках палачей из Инквизиции, лежала на полу с кинжалами, синхронно вогнанными в грудь, под сердце, повторяя раны Сына Божьего. Ни единого звука, кроме ошеломленного дыхания командира арестной команды не раздавалось и не раздастся более. Орден Тамплиеров окончательно прекратил свое существование, смирившись со своей участью.

Et Lux perpetua lucet est.

«Вечный покой даруй им, Господи.
  И Свет вечный да светит им.»

                                                               — Mozart W.A. "Requiem"

      Покой и умиротворение. Вот то, чего не испытывает большая часть народонаселения планеты в наше время. Гонка за зарплатой, карьерным ростом, хорошей машиной или любовницей-женой покрасивше избавили нас от этих чувств. Вселили в нас стрессы, депрессии, недосыпание. Мы забыли, что значит просто сидеть, глядя в себя, дышать и наслаждаться каждым вздохом. Не думать ни о чем. Сейчас это преподносят в качестве методик развития сознания и никто не понимает истинной ценности этих методик, не желая тратить деньги на "очередную никому не нужную ерунду".
      Нет, я все понимаю, с какой-то точки зрения эти чувства и правда бесполезны. Естественно, если заботиться только о том, чтобы выжить в мире, полном конкуренции и злобы. Но если вы хотите хоть немного заботиться о своей духовной составляющей, воскресите в себе эту способность. Уйдите в себя хотя бы на пару минут в день, дайте вашему сознанию отдохнуть, ведь даже во сне оно не может избавиться от груза цифр, планов и телефонных номеров.
      Сделайте это и осознайте, что ваши чувства внезапно приобрели легкий оттенок свежести, стали более полными и яркими. Посвятите себя покою и поймите радость, возникающую, когда испытываешь множество самых различных оттенков одного и того же чувства. Дышите полной грудью. И свет вечный да светит вам.

Lux Aeternam. Kyrie Eleison.

       Жизнью своей, своими стараниями и мечтаниями, пою я реквием по миру и душам, ушедшим в странствие по Нави раньше положенного срока. Я пою реквием по старикам и младенцам, по взрослым и подросткам. Пою, оплакивая сотворенные ими ужасы, пытаясь понять, в чем состоит цель их жизни, не имея своей собственной. Я пою реквием и пью нектар их страданий, стараясь восполнить недостаток собственных эмоций за счет других.
       Пью за их счет, не глядя на то, что они уходят в убыток. Откровенно говоря, как они могут уйти в убыток, если дальше уже некуда? Как в нашем мире найти чистую, не замызганную грязью и не смердящую за три километра, душу? Ведь современное общество настолько прогнило, что не замечает, что заставляет гнить других, независимо от их желания.
       Я пою реквием, упоминая каждое имя, встреченное хоть однажды, желая дать им шанс, хотя бы маленький шанс обрести право на страшный суд, а не сразу быть распределенными в геенну огненную.
      Вы можете подумать, что когда я говорю о прогнившем обществе, я имею в виду стандартные темы о Европе, Америке, о загнивающем Западе и тому подобное, но нет, это не так. Я говорю про все общество в целом. За редким исключением, каждый из нас достоин того, чтобы его медленно поджаривали в течение нескольких веков на медленном огне, аки курицу гриль.
       Я пою тихо, не слышно, перебирая иногда струны ваших душ, стараясь не рвать их без причины. Мое пение не услышать в баре, мой голос не будет звучать на большой сцене и не будет трогать сердца миллионов с экранов телевизоров или компьютеров. Нет. Мой голос вы услышите только если в полной темноте вслушаетесь в себя, заглянете внутрь своей души и попытаетесь распутать ту паутину лжи и ложных надежд, которую сами сплели и в которой сами же и запутались. Вы не имеете понятия, что есть истина и что есть ложь. Никто не имеет.
       Вслушайтесь в скрипы старых половиц, попытайтесь разобрать шепот тихого кладбища и старого леса, звучащий в каждой душе, в какой-то громче, в какой-то тихо. Постарайтесь, дайте шанс не только себе, но и другим. Не верьте. Не пытайтесь. Не доверяйте это другим. Делайте. Ибо здесь - спасение. Кто имеет уши - да услышит.
       Голос мой будет звучать из ночи в ночь, изо дня в день, складываясь из неслышного перебора звуков оставленных надежд, разбитых сердец. Слушайте его, ибо иначе, когда придет ваш час, у вас не будет выбора. Все вы будете гореть в аду. Имя мне - Азраил. Имя мне - Легион. И песнь моя, мой реквием по миру, будет звучать до самого страшного суда. Requiescat in pace, и да смилуется над вами Господь.

Современный "Дракула" или Какое же нынче хреновое переосмысление.

"Великое отчаяние всегда порождает великую силу."

                                                                          —  Стефан Цвейг

       Итак, сие - есть первое размышление о просмотренных фильмах "вампирской" тематики из двух запланированных. Что мы имеем? История Влада III Цепеша, валашского господаря, всегда занимала людей, как занимает умы людей история любого жестокого и жесткого правителя. Фильм Гари Шора преподносит нам основательно переработанную историю становления самого известного вампира мира. Что самое интересное, этот фильм - один из немногих, позволяющих оценить положение Дракулы не просто в качестве вселенского зла, но увидеть его в образе готового на все правителя, отца и мужа. Этот фильм - один из немногих, которые показывают начало истории, период бытия Влада господарем.
       Ну-с, давайте посмотрим, что мы имеем. С исторической точки зрения, фильм является полнейшим абсурдом, хотя, в современных реалиях это не столь важно.  Важно то, что рассказанная предыстория дает нам возможность оценить характер Владислава как жесткий. Прозвище, полученное им у турков, колосажатель, есть отражение его отличного боевого мастерства и, одновременно с этим, подчеркивание приема деморализации противника. Вместе с этой самой жесткостью, Влад является преданным правителем своей страны и любящим отцом, что, впоследствии, его и сгубило.
       Отказавшись платить туркам дань в виде тысячи мальчиков для армии, отказавшись отдавать в Турцию собственного сына, он совершает один из самых своих недальновидных поступков: убивает турецких гонцов и вступает с турецким султаном в прямой конфликт, заведомо зная, что обречен на провал. Однако же, вовремя вспоминает, что есть на горе "Драконий (если мне не изменяет память) клык" что-то очень злое, обладающее великой силой, и уже убившее несколько турков. Как говорится, враг моего врага - мой друг. И, что сразу становится понятно, именно это зло, выступившее в роли древнего вампира, заключившего контракт с дьяволом на вечную жизнь и обманутого, обозленного что на Сатану, что на Бога, что и на весь мир, обеспечивает Владиславу III Цепешу победу. К слову, несмотря на посредственную игру второстепенных героев, Чарльз Дэнс, известный лично мне по сериалу "Игра престолов" в роли Тайвина Ланнистера, справился с амплуа вампира на удивление хорошо. Давно я таких хороших вампиров не видывал.
       И вот тут начинаются проблемы. Если изначально я был только рад, узнав, что валашского правителя Влада Цепеша никто не забыл, то ближе к концу первой трети фильма меня взяло разочарование. Линейность фильма - черт с ней, я уже привык, что современный кинематограф практически не способен принести непредсказуемость в сценарий. Желание переосмыслить Дракулу в жертвенном ключе - вот, что плохо. Патриотический подтекст становления Дракулы монстром и стандартная жертва и бешенство из-за потери любимой - вот, что плохо. Типичнейший символизм, три дня на все про все, испитая из черепа кровь - фильм сыплет банальными решениями как из рога изобилия на голову ничего не подозревавшему зрителю.
       Внезапно появившийся приспешник-идиот, соблазняющий всего такого бедного, страдающего Влада кровью, введенный в сценарий непонятно, к чему, вообще выбивает из колеи.
       Выражаясь современным языком, ванильнейшая, слезливая концовка, в которой Влад находит свою жену уже в нашем времени, подтверждая брачную клятву...
       Да-да-да, мы все это уже слышали! Вашу мать, разве так сложно сделать Дракулу ну хоть чуточку, хоть чуточку ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЖЕСТОКИМ? К актеру, Люку Эвансу, запомнившемуся мне главной ролью в фильме "Никто не выжил", претензий никаких, сыграл он хорошо и все, что надо, передал. А вот сценаристов откровенно хочется пустить на мыло. Нет, господа, таких переосмыслений нам не надо. Хотя, пипл, конечно, уже схавал. Сборы уже окупили бюджет и превысили его более чем на 20 миллионов долларов, да.